ENG
Это просто волшебство, так бывает…

Гатчинский парк притих под снегом, карпы тихо ждут звона колокольчика у лунки в Серебряном озере, а дворец, полный привидений, готов пригласить в свои галереи и залы, чтобы рассказать о чудесах. А в будние дни здесь идет обычная работа — экскурсии в отреставрированных помещениях и восстановление утраченного.

В Гатчинском дворце к маю собираются завершить реставрацию, а вернее, воссоздание интерьеров личных комнат Николая I на первом этаже Арсенального каре с видом из окон на Голландские сады.

Николай с семьей бывал здесь, как правило, весной и осенью — во время армейских маневров. На акварелях Эдуарда Гау — приемная, два кабинета императора, камердинерская. В личных комнатах императора все достаточно просто, без излишеств. На стенах — картины с изображением военных, узкая кровать, стулья в стиле николаевского ампира строгих форм. Увеличенные копии акварелей Гау расставили в пустых помещениях — чтобы показать журналистам, потому что кроме лепнины потолков и каминов, а также массивных дверей с отливающими бронзой ручками в комнатах императора ничего еще нет. Проблема была восстановить нежную лепку потолков — ни акварели Гау, ни более поздняя фотосъемка не позволяли с абсолютной точностью воссоздать эти завитки с вензелями, цветы, переплетения. Да и с каминами пришлось хорошенько подумать, прежде чем воссоздавать — на акварелях они закрыты экранами. Но зато можно любоваться старинной винтовой лестницей — она сохранилась.

Эти помещения горели во время Великой Отечественной. После войны дворец очень долго не был музеем, а в стенах бывших комнат Николая I разместился закрытый НИИ с лабораторными стендами и испытательной базой. Никакого императорского духа. Реставрация началась лишь в октябре 2015 года.

В подвале под императорскими покоями нашли остатки подъемного механизма для кресла-лифта. Его любящий муж Николай Павлович заказал для жены — Александры Федоровны. Такие кресла были в Петергофе в Фермерском дворце и во дворце Бельведер. Кресло из красного дерева для подъемника было в свое время заказано на предприятии Франца Берда за 1800 рублей. Николай действительно очень любил жену. Подарил ей в Петергофе имение «Александрия», о котором говорил, что здесь он хотел бы быть не императором, а всего лишь мужем петергофской помещицы…

Подъемное кресло и механизм тоже восстановят, конечно, не будут пробивать потолок на третий этаж — там уже завершена реставрация, но представление о лифте для императрицы получить будет можно. Сейчас же в подвале под императорскими покоями возможно разглядеть лишь проржавевшие остатки механизма.

Гатчина засыпана снегом. Но в дворцовых покоях сияет елка, здесь готовятся к традиционному фестивалю «Новогодняя кутерьма» — с 30 декабря по 8 янаря. Как сказал директор ГМЗ «Гатчина» Василий Панкратов, кутерьму решено на этот раз впустить и во дворец, а не только ограничиться концертами в стенах дворца, а на плацу — играми у елки, каруселью и катальными горками. Устроители фестиваля пригласили театры «Малый Трианон» и «Странствующие куклы господина Пэжо» — а это значит, что будут чудеса. «Малый Трианон», собственно, и выступит с программой «Чудо главное!» 7 января. А «Странствующие куклы господина Пэжо» устроят в покоях дворца всякие волшебства. В Гатчинском дворце водятся привидения. Так вот странствующие куклы вполне уже с ними подружились, так что будете в зимние выходные гулять по дворцу — не удивляйтесь, это просто волшебство, так бывает.

На фестивале еще обещают собачий бал — 3 и 5 января на Мраморной лестнице дефилировать будут левретки — собачки любимой породы царственных особ.

Можно выйти из Гатчинского дворца, перейти шоссе и пройти чуть подальше — на берегу Чёрного озера Приоратский дворец предстанет перед вами. Выстроенный по уникальной землебитной технологии, единственный сохранившийся в России, дворец, кроме того, навсегда связан с историей приора Мальтийского ордена в России. На фестивале «Новогодняя кутерьма» во дворце расскажут о традициях празднования католического Рождества и Мальтийского ордена. Посетители Приората узнают, как выстроить замок из земли, станут свидетелями рыцарского турнира и услышат рассказ о Рождественском вертепе. Василий Панкратов давно мечтал создать в Приорате экспозицию, посвященную легендарному ордену, даже начали переговоры с английской компанией, готовой помочь. В 2014 году по абсурдным причинам типа «мы в кольце врагов» переговоры прервались, но в конце этого года возобновились. Так что есть надежда.

В зале Гатчинского дворца сияет елка, но время уезжать, покидать старый замок — ведь дворец скорее именно на замок похож. Спускаемся по лестнице, превращенной в галерею картин современных художников студии Митрофана Грекова с изображением военных в форме квартировавших в Гатчине полков. Идея создать такую галерею принадлежит Антону Губанкову — журналисту, бывшему главе Комитета по культуре Петербурга, ставшему начальником Управления культуры МО и погибшему год назад вместе с экипажем и пассажирами военного самолета, следовавшего в Сирию. Панкратов, которого с Антоном Губанковым связывали не только длительные профессиональные, но дружеские отношения, мечтал открыть эту галерею к 23 февраля нынешнего года вместе с Антоном. Но не пришлось вместе. Галерея осталась как горькая и саднящая память.

Вот и заснеженный парк, затихший перед праздничной неделей, покрытое льдом Серебряное озеро. Лунки для карпов — чтобы дышали. Их приманивают звоном колокольчика, чтобы покормить и оберегают от жаждущих добычи некоторых местных жителей, которым кажется, что это очень круто — выловить и съесть именно музейного карпа, хотя их сюда запустили совсем не для рыбалки, а ради восстановления исторической традиции.

Гатчинский музей-заповедник получил в этом году статуэтку Мнемозины, став по итогам года предыдущего — 2016-го «Музеем года» на городском конкурсе «Музейный олимп». В 2016-м дворец-замок отметил свое 250-летие. В 2018 году все наши пригородные дворцы ждет один общий юбилей — 100 лет, как стали не императорскими резиденциями, а музеями. Будет большая выставка в Манеже, будут всякие другие события. Панкратов говорит, что наша революция, в отличие от Французской, к культурному наследию была более милостива. Да, но энергии уничтожения у века-волкодава все же на всех хватило…

Автор: Галина Артеменко, газета «Мой район», 24 декабря 2017 года